Константин Крылов: Цвет настроения - желтый

Константин Крылов: Цвет настроения - желтый
13 Декабря 2018

В Париж, где продолжаются антиправительственные протестные акции движения «Желтые жилеты», вошла бронетехника. 10 декабря во Франции было введено чрезвычайное положение. Причиной протестов послужило повышение цен на автомобильное топливо, но сейчас требования протестующих улетели в бесконечность: они хотят многого - вплоть до выхода из Европейского Союза.

Интересно, что официальные российские СМИ относятся к происходящему прохладно. Хотя, казалось бы, - мощный информационный повод! Который можно использовать по-разному, но к вящей выгоде российского режима. Например, вспомнить Майдан и попенять Виктору Януковичу за мягкотелость: вот как во Франции решают аналогичные проблемы! Или наоборот - похвалиться, что наши-то, молодцы, в свое время придавили недовольных дальнобойщиков, зато теперь у нас таких безобразиев не водится. Или сказать, что число задержанных участников акций (с начала событий) уже подходит к 4500 - ух какие ужасы! Да тут можно придумать с десяток поводов для пропагандистской атаки на мозги обывателя. Однако нет! Новости передают, но стараются, что называется, не акцентировать. Хотя удержаться от подколок, разумеется, трудно. «Ага, Майдан - так революция гордости, а как Париж - так ужасное насилие!» Ну что ж, справедливо.

Однако все по порядку. Для начала - краткое обозрение событий.

Что случилось? 

Выступления во Франции продолжаются с 17 ноября. Им предшествовали следующие события.

9 мая француженка Присцилла Людоски, недовольная повышением цен на дизельное топливо, публикует петицию на Change.org. Она висела до осени, и на нее обращали мало внимания. Но 12 октября ее опубликовала газета «Le Parisien», рупор французского среднего класса.

Но сначала нужно сказать, почему тема оказалась важной.

Во Франции дизельное топливо было существенно дешевле бензина, что позволяло большому количеству среднеобеспеченных людей совершать длительные поездки и не слишком сильно тратиться. В частности, можно было позволить себе иметь загородное жилье и проезжать каждый день несколько десятков километров туда-сюда, заезжать в относительно дешевые магазины на окраинах и там затариваться. Ну, в общем, жить нормально. Повышение цен на дизельное топливо (бензин, кстати, тоже подорожал) больно ударило по карману французов. Зная знаменитую французскую скупость - француз за евро удавится, - можно было ожидать, что они повышение так не оставят.

И еще одно. Глупо бунтовать против объективных процессов. Если бы дизель вздорожал потому, что вздорожала нефть, такой реакции не было бы. Но в данном случае виновато было правительство.

Цены на топливо в основном определяются аппетитами государства. Во Франции цена топлива определяется двумя налогами - НДС (который не менялся) и так называемым налогом на потребление энергоносителей (TICPE), имеющим довольно сложную структуру. С 2014 года в последний входит так называемый углеродный компонент. Французы платят за загрязнение воздуха и глобальное потепление - вот буквально так. Ну то есть за то, что дышат, что-то сжигают и вообще ведут какую-то жизнедеятельность. Потому что в атмосферу выбрасывается углекислый газ, который ужасно нагревает планету.

Поэтому все прогрессивные страны - и Франция в первую голову - всячески повышают налог на потребление энергоносителей. В воспитательных типа целях - чтобы люди поскорее отказались от бензина и пересели на электрические машинки. Или просто меньше ездили бы, а то ишь моду взяли на машинах разъезжать. Скромнее надо быть. Пересаживаться на автобусы, например… Ах да, общественный транспорт во Франции практически вымер.

В 2017-2018 годах власти особенно резко задрали углеродные выплаты. Причем особенно резко - именно на дизельное топливо. Чтобы его сгубить вместе с бензиновым. В текущем году цена на бензин поднялась на 15%, на дизтопливо - на 23%. Экологии ради.

Однако у большинства французов не было ни денег, ни желания пересаживаться на дорогие электромобили. Они хотели жить удобно и недорого здесь и сейчас. Также пострадали фермеры, критически зависящие от цен на топливо. Сюда же и мелкий бизнес, доходы которого критически зависят от цен на топливо, потому что для них важна цена перевозки товара. Вот им-то и наступили на мозоль.

Впрочем, опять же - по порядку.

Краткая хроника событий

Итак, газета «Le Parisien» опубликовала петицию какой-то тетки. Публикация позволила перейти какую-то невидимую, но ощутимую грань. Множество недовольных осознали, что они не одиноки.

Сначала пошли ролики на Youtube - автомобилисты ругали президента Эммануэля Макрона за повышение цен и вообще за все. Макрон на ролики не обращал внимания - мало ли дерьма в сети плавает. Тогда начались призывы к гражданским протестам. На них власти тоже не обратили внимания.

И, в принципе, вполне объяснимо. Власти - любые - привыкли к тому, что опасны только те движения, у которых есть программа и лидеры. Здесь ни того, ни другого не было (забегая вперед, скажем - и не появилось, что очень принципиально). Агитация и пропаганда шли через Facebook, координация действий - через Twitter. Схема, знакомая по арабским веснам и отчасти Майдану. Но вот то, что она может быть применена в старой цивилизованной стране, как-то не подумали. Почему - ниже.

Между тем супчик-то варился и начал потихоньку закипать. Первый громкий бульк случился 9 ноября, во время празднования столетия окончания Первой мировой войны.

Некоторый скандальчик там, вообще говоря, намечался. Дело в том, что поначалу планировалось чествование маршала Филиппа Петена, который покрыл себя славой во время Первой мировой, а вот во время Второй был лидером коллаборационистского правительства, сотрудничавшего с немцами. Ежу понятно, что в обоих случаях он спасал Францию (и спас), но французы - блаженствовавшие под ласковой немецкой оккупацией, пока на Восточном фронте немцев заваливали русскими трупами, - не очень любят вспоминать тот момент. К тому же на них нагавкали историки Холокоста, леваки и прочая подобная публика. В конце концов было решено Петена не поминать. Но в общем над предстоящими торжествами начал витать запашок скандала.

Гораздо хуже было другое. Отношения между Францией и США, и без того напряженные, перешли некую грань.

То, что в Соединенных Штатах сейчас идет холодная гражданская война, направленная против президента Дональда Трампа, все знают и так. Наглая клика, именующая себя Демократической партией, костьми легла на пути великих преобразований, которые начал осуществлять президент. Европа в конфликте стоит на стороне демократов. И главным рупором антиамериканских, прохилларистских, антитрамповских сил стала именно Франция. Что и неудивительно: Макрон по всем параметрам - даже антропологически - принадлежит к тому же глобальному политическому клубу, что и Хиллари Клинтон с присными. К какому именно и чего они хотят - гм, не будем отступать от темы. Важно то, что конфликт возник не вчера.

Прямо перед торжествами Макрон заявил, что европейцам нужно создать свою армию, чтобы защищаться от Китая, России… и США. Трамп отреагировал весьма резко, заявив, что слова Макрона оскорбительны и что Франции неплохо бы оплатить свою долю участия в НАТО, которое пока что субсидируемо в основном США.

Так вот, 9 ноября состоялась первая попытка движения - которое тогда еще никак не называлось - заявить о себе.

Дело происходило в городе Альбере (департамент Сомма), куда Макрон прибыл для проведения торжественной церемонии, посвященной Битве на Сомме. Большое количество людей в желтых жилетах попыталось добраться до Макрона, чтобы сказать ему много неприятного. Полиция успешно заблокировала все проходы, так что демонстранты посвистели, покричали и разошлись. Однако именно в тот день движение получило имя - движение «Желтых жилетов» (Mouvement des Gilets Jaunes).

Торжества прошли пышно и красочно. Макрон клал Трампу руку на коленочку, демонстрируя дружбу. Но в воздухе уже пахло озоном.

Дальше все пошло по знакомой нам схеме. Какой-то случайный человек предлагает что-то сделать - и вдруг.

В данном случае роль спускового крючка сыграл постинг водителя грузовика из Иль-де-Франса, который предложил заблокировать Парижскую окружную дорогу. В качестве даты он предложил субботу, 17 ноября. Субботу - потому что большинство протестующих были людьми работающими, а вот на выходные готовы были и побунтовать.

Успех превзошел все и всяческие ожидания. По всей Франции вышло 300 тыс. человек. Как будто кто-то невидимый шептал на ухо людям: «Иди, иди».

Дорогу, понятно, заблокировали. Заблокировали и несколько топливных складов. Были жертвы - к 21 ноября 585 гражданских лиц получили ранения, 16 получили тяжелые травмы. Пострадало и 115 полицейских, трое серьезно.

C 18 по 24 ноября движение набирало силу. Например, 18 числа рядом с парижским Диснейлендом была устроена стихийная бесплатная парковка. Дальше акции протеста - мелкие и крупные - охватили всю страну. Особенно тяжелой оказалась ситуация на острове Реюньон - одной из последних французских колоний в Индийском океане. 21 ноября Макрон отдал приказ о развертывании войск на острове, чтобы прекратить блокирование дорог и все такое прочее.

24 ноября в Париже состоялся митинг на Марсовом поле. Вообще-то, движение хотело провести акцию на Елисейских полях, но местное МВД согласовало только Марсово поле. О, как все знакомо русскому человеку, участвовавшему в Русских маршах! Но вот дальнейшее развитие событий вышло за знакомые нам рамки - началась местная Манежка, а то и натуральный девятьсот пятый год. То есть: протестующие стали строить баррикады, разобрали булыжную мостовую (булыжник - оружие пролетариата!), начали громить магазины, срывать вывески и вообще хулиганить по полной. Ущерб составил 1,5 млн евро.

6 декабря, наконец, проснулись студенты, обычные бузотеры и застрельщики всяких бунтов. Они вспомнили о том, что Макрон проводит реформы образовательной системы. Им не понравилась идея повышения платы за обучение для иностранных студентов из стран, не входящих в ЕС, и они учинили протесты. Кого-то повязали, что вызвало возмущение. Однако на общий ход событий студенчество большого влияния не оказало.

Дальше имел место ряд акций разного толка - от захвата взлетно-посадочных полос и до сожжения автомобилей и битья витрин. Тогда-то и начались ввод бронетехники и использование слезоточивого газа.

10 декабря Эммануэль Макрон выступил с речью. Трансляцию смотрели более 23 млн человек, что сделало ее самой популярной политической речью в истории Франции. Речь состояла из угроз и обещаний. С одной стороны, во Франции было объявлено чрезвычайное экономическое и социальное положение. С другой - была обещана прибавка к минимальной месячной зарплате в 100 евро. Среди других мер, предложенных французским президентом, - выплата предприятиями годового бонуса своим сотрудникам, отмена повышения отчислений на обязательное социальное страхование пенсионеров, получающих меньше 2 тыс. евро. Ну и мораторий на повышение цен на топливо - пока на полгода. Однако с топливом Макрон явно опоздал - требования стали уже другими.

О том, как развиваются события, вы, надеюсь, следите по новостным лентам. Сейчас движение из Франции перекидывается на другие страны. О ценах на бензин уже и не вспоминают. Претензии стали глобальными и очень серьезными.

Кто они?

Практически все протестующие - белые французы. Ну то есть настоящие французы, а не чумазые. То есть взбунтовался доселе покорный костяк французского общества. Не какие-нибудь там арабы, гомики или бунтующая молодежь, а самая-самая основа.

Отсюда и желтые жилетки. Они входят в обязательный аварийный комплект автомобиля. Кстати, раньше в разных странах их тоже использовали в протестных целях ввиду дешевизны и доступности. Но в данном случае было явно в тему.

Далее. По сути дела, налицо протест рабоче-крестьянский, если считать за рабочих не тех, кто ничего не имеет, а тех, кто работает. То есть работяг - людей, которые работают не только головой, но и руками. Фермеры, мелкие бизнесмены, самозанятые - все они работяги, да.

У советских дураков при словах «рабочие» и «крестьяне» тут же в глазах начинают развиваться красные знамена. У них историческая аберрация. Настоящие работающие люди (как и все настоящие люди вообще) по убеждениям и по интересам - правые. В Российской империи рабочие поддерживали революционные партии, потому что российская мастеровщина была не рабочим классом, а типичным меньшинством, причем крайне испорченным и развращенным (о нравах мастеровщины можно почитать русскую литературу того времени, там все написано). Настоящий же западный рабочий класс, особенно современный, включает людей, заинтересованных в сугубо правой политике. Они хотят не свержения буржуазии, а снижения налогов - особенно налогов с оборота, таких как TICPE. А снижение оборотных налогов есть чисто правая повестка.

Большинство людей, участвующих в движении, ранее ни в какой политике не участвовали и никакие протесты не поддерживали. Что и неудивительно - потому что протесты были в основном левыми. Исключением были французские же выступления против однополых браков, в защиту традиционной семьи: тогда на улицы вышло до полумиллиона человек. Но о противостоянии с полицией речь не шла: люди выразили свое возмущение и разошлись. Сейчас же людей достали настолько, что мирные обыватели уже готовы громить и крушить.

Забавно тут вот что. Европейские власти привыкли к тому, что бунтуют только левые. У левых есть патент, выписанный мировым обкомом, и именно они стоят за всеми - ну, почти всеми - протестными выступлениями последних тридцати лет. К чему все привыкли.

То есть. Если бы протестующие тусовались бы под красными знаменами (и радужными тоже, что теперь обязательно), модные французские философы в телевизоре осмысляли протест и грозили кулачком мировому капиталу, а требования состояли бы в том, чтобы всех кормить бесплатно и ввозить новых мигрантов. Их бы французские власти поняли. Но тут на улицу вышел диковинный зверь, давно не виданный - правый протест.

Очень важно то, что движение не имеет никаких лидеров и координирующих органов. Что тоже неудивительно. Именно работяги испытывают (справедливо) глубочайшее недоверие к политике и политиканам. Они не сомневаются, что любой лидер, даже из их собственной среды, обязательно будет куплен и предаст доверившихся ему людей.

Именно такая убежденность и спасает движение. Сейчас обвинение в политиканстве внутри желтых жилетов приводит к тому, что человека изолируют и угрожают изгнать из движа. Все попытки традиционных профсоюзов, а также левых активистов как-то внедриться в движ и оседлать его провалились. Помимо координации через американские социальные сети движение ничего не связывает.

Впрочем, некие данные по политическим симпатиям желтожилетников имеются. В основном они сторонники не допущенных к власти партий - то есть крайне правые и крайне левые, электорат Марин Ле Пен (по большей части) и Жан-Люка Меланшона (на втором месте). Но на общую внеполитичность движения симпатии его представителей если и влияют, то косвенно. Старых политических лидеров к управлению движением не допускают категорически.

При всем при том движение оказалось масштабируемым. В Бельгии оно отработало по кварталам еврочиновников, сейчас набирает силу в Германии. Но, в принципе, оно может развернуться в любой стране со схожими проблемами.

Требования

В декабре некоторые французские газеты начали публиковать списки требований желтых жилетов. От кого они, собственно, исходят - неясно: как уже было сказано, движение не имеет ни лидеров, ни даже официальных пресс-секретарей. Тем не менее требования откуда-то взялись.

В сфере экономики и труда:

Созвать всенародное собрание для реформы налогообложения. Законодательно запретить налоги, превышающие 25% состояния гражданина.

Немедленно повысить на 40% минимальную зарплату, пенсии и прожиточный минимум.

Немедленно создать новые рабочие места в сфере здравоохранения, образования, общественного транспорта, правопорядка и т.д. для обеспечения должного функционирования инфраструктуры государства.

Немедленно приступить к строительству 5 млн единиц доступного жилья, тем самым обеспечив снижение аренды, ипотеки и создание рабочих мест в сфере строительства. Строго карать мэрии и префектуры, оставляющие бездомных под открытым небом.

Сделать банки менее крупными и разбить банковские монополии, тем самым защитить финансовый сектор от кризиса. Запретить банкам с вкладчиками заниматься биржевыми спекуляциями. Запретить спасать неликвидные банки за деньги налогоплательщиков.

Аннулировать внутренний долг как фикцию.

В сфере внутренней политики:

При народной поддержке переписать Конституцию для реализации полновластия народа. Узаконить общие референдумы по народной инициативе.

Запретить лоббирование и схемы влияния. Запретить лицам с судимостью пожизненно занимать выборные должности. Запретить занимать несколько выборных должностей по совместительству.

Выйти из ЕС, вернуть Франции политический, финансовый и экономический суверенитет. Возобновить хождение собственной валюты.

Прекратить практику бегства от налогов. Вернуть 80 млрд евро, которые 40 крупнейших компаний должны государству.

Немедленно прекратить дальнейшую приватизацию и вернуть в собственность государству уже приватизированное имущество: аэропорты, железные дороги и автострады, парковки и т.п.

Немедленно убрать с дорог радары и камеры. Они бесполезны в предотвращении дорожных происшествий и являются ни чем иным, как завуалированным налогом.

Национальная система образования - исключить идеологию из образования и критически пересмотреть деструктивные и дискредитированные методики обучения.

В сфере юстиции:

Увеличить бюджет в четыре раза.

Прописать в законах максимальное разрешенное время ожидания для юридических процедур.

Упростить судебную систему. Сделать правосудие бесплатным и общедоступным.

В сфере СМИ:

Разбить медийные монополии, искоренить кумовство между СМИ и политиками.

Сделать СМИ общедоступными и гарантировать разнообразие мнений. Запретить редакторскую пропаганду. Прекратить субсидии СМИ. Прекратить налоговые поблажки журналистам.

Гарантировать гражданские свободы. Прописать в Конституции полный запрет на вмешательство государства в дела образования, здравоохранения и института семьи.

Окружающая среда и здоровье:

Законом обязать производителей техники продлить срок годности до десяти лет минимум. Обязать их иметь в наличии запчасти.

Как можно быстрее запретить производство и обращение пластиковой тары и прочей упаковки, засоряющей окружающую среду.

Ограничить влияние фармацевтических компаний на систему здравоохранения. Провести всенародный съезд по реформе здравоохранения.

Сельское хозяйство:

Запретить ГМО, пестициды, из-за которых есть риск развития раковых заболеваний и патологии эндокринной системы. Запретить использование сельскохозяйственных угодий без ротации посевов.

Заново провести индустриализацию страны с целью отказа от импорта как причиняющего наибольший вред экологии.

Внешняя политика:

Прекратить политику грабежа в Африке, прекратить военное и политическое вмешательство. Отдать деньги и собственность диктаторов, нажитые нечестным путем, народу Африки.

Немедленно вернуть домой французские войска. Покончить с колониальной системой, которая обязывает африканские страны держать валютные запасы в Центробанке Франции и удерживает Африку в нищете. Вести переговоры как равные с равными.

Прекратить поток иммигрантов, на которых у Франции нет средств для принятия и интеграции.

Немедленно выйти из НАТО. Законодательно запретить использование французских войск в агрессивных войнах.

Во внешней политике - исключительное уважение к международному праву и подписанным соглашениям.

И финальная кода:

Пусть 25 предложенных мер не поменяют нашу повседневную жизнь мгновенно. Но даже девятый и десятый пункты принесут 130 миллиардов в казну. Франция - страна, богатая отважными и трудолюбивыми людьми. Мы не заслуживаем жить в нищете.

Требования уже объявлены противоречивыми и нереалистичными. Однако если вчитаться и отсеять добавленное для картинки, получается вполне внятно. Достаточно самостоятельного, не связанного по рукам и ногам Брюсселем, свободного от мигрантов, от левацкой диктатуры (осуществляемой, в том числе, посредством СМИ и образовательной системы), индустриального, здорового во всех смыслах государства. По сути, перед нами программа восстановление французского национального государства.

Если совсем коротко, перед нами - евротрампизм. Не хватает разве что лозунга «Сделаем Францию снова великой».

Мистер Трамп улыбается и машет

Мы уже упоминали о конфликте США и Франции как самой громко лающей шавки хиллариствующего Евросоюза. Откровенная поддержка Демократической партии со стороны европейцев не может не злить американское руководство, предпринимающее героические шаги по спасению Америки. А уж разговоры о европейской армии (вне НАТО, так надо понимать?) - прямой вызов стратегическим интересам Соединенных Штатов.

Было бы странно и даже противоестественно полагать, что империя не нанесет ответный удар. Ну если не удар - так хотя бы чувствительный укус.

Нет, я не собираюсь строить конспирологические теории. Упаси Боже нас от конспирологии! И ужасных картин, как сотрудники американских спецслужб, координируя свою деятельность с французскими патриотами из DCRI, через Facebook и Twitter руководят желтожилетниками. Нет, конечно, ведь такого просто и быть-то не может!

Поэтому сосредоточимся на том, что известно точно.

Как известно, президент Трамп находится в информационной изоляции и управляет Америкой через свой аккаунт в Twitter. В нем же он выражает свои мнения по поводу происходящего в мире.

Так вот, с какого-то момента, а именно - с той самой встречи по поводу Первой мировой войны, Трамп стал огрызаться в ответ на постоянные французские наезды. И в какой-то момент он начал упоминать движение жилетов.

«Очень грустный день и ночь в Париже. Может быть, пришло время покончить с нелепым и чрезвычайно дорогим Парижским соглашением и вернуть людям деньги в виде более низких налогов?» - написал он недавно по поводу протестов. (Имеются в виду соглашения 2015 года по поводу мер по снижению углекислого газа в атмосфере, заради которого и повысили цены на топливо.)

Французы отреагировали как-то очень резко. Министр европейских и иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан заявил в интервью телеканалу LCI: «Мы не вмешиваемся во внутреннюю американскую политику, и мы хотим, чтобы она отвечала взаимностью… Я говорю Дональду Трампу, и французский президент тоже говорит: оставьте в покое нашу нацию!»

Одновременно начались обвинения в подстрекательстве… в адрес России. Ну понятно, что Россия является сейчас всемирным мальчиком для битья (а когда она им не была?), но сам жест ну очень характерный. На Россию валят, когда точно знают, кто на самом деле виноват, - вот только в серьезный конфликт влезать не хочется.

Перспективы

Конечно, дело не только в возможной американской обратке за поддержку бесноватых демократов-хилларистов. Проблема в том, что у современной Европы - то есть у ее руководства - нет внятного ответа на некоторые простые вопросы. Типа «Как дальше жить-то будем?»

Ведь повышение цен на топливо - только первая ласточка в цепи задуманных реформ. Тот же Макрон обещал уничтожить атомную энергетику Франции, которая является главной гарантией энергетической независимости страны и главным источником энергии. Взамен обещана зеленая энергетика (читай - дорогая). Что означает дальнейшую деиндустриализацию страны (и, кстати, никаких дешевых электрических машинок). И ведь такова только одна из проблем! Есть еще и безработица, и технологическое отставание, и прочие последствия социализма и левой политики.

Очень важно то, что протест во Франции - не социалистический. Люди хотят настоящего честного капитализма, а не поганых социалистических экспериментов. Левая дрянь, пытающаяся примазаться к движению, зря надеется. На улице не их праздник.

...Недавний опрос, результаты которого опубликовала «Le Figaro», показал, что 59% опрошенных не удовлетворены обещаниями Макрона. Они хотят, чтобы протесты продолжались.

Революция желтых жилетов: иностранный след?

Автор(ы):  Константин Крылов, лидер Национально-демократической партии
Короткая ссылка на новость: http://4pera.ru/~kPPn7


Люди, раскачивайте лодку!!!
Яндекс Деньги: 410012088028516 
Сбербанк: 67628013 9043923014




Порталу «Четыре пера» 

требуются 

менеджеры по рекламе. 

Выгодные условия 

сотрудничества. 

Резюме: info@4pera.ru


sm.png